Февральское небо над городом напоминало старую, застиранную простыню — серое, тяжелое и безнадежное. Галина Павловна прижала ладонь к низу живота, чувствуя, как внутри нарастает знакомая, тянущая боль. В её возрасте — шестьдесят один год — каждое движение и так давалось с трудом, но эта беременность, ставшая для всех шоком, а для неё с Виктором — божьим благословением, заставляла её молодеть вопреки медицине. До сегодняшнего дня. — Пожалуйста, сынок, можно чуть быстрее? — тихо попросила она, глядя в затылок молодого водителя...