Чайник на плите закипел, и носик задребезжал тоненько и надоедливо. Александра Михайловна не шелохнулась, она стояла у окна, упершись ладонями в подоконник, и смотрела, как к калитке подъезжает извозчик. Лошадь была рыжая, низкорослая, с лоснящимся от пота крупом. Из пролётки вылезал медленно старик, цепляясь за подножку одной рукой, а другой прижимая к груди портфель в растрескавшейся коже. Серое пальто чужого покроя, мятая шляпа, старые ботинки. Николай стоял рядом, придерживая отца за локоть....