Чтобы полистать её рабочую тетрадь, читатель надевает перчатки и подписывает бумагу о рисках. Тетради Марии Кюри лежат в Национальной библиотеке Франции в свинцовых коробах. Прошло больше ста лет, а страницы, которых она касалась пальцами в радиевой пыли, всё ещё фонят. Виноват радий-226: он распадается так медленно, что за век активность почти не изменилась. Мы привыкли, что цена научного открытия это метафора. Здесь она физическая: её можно измерить прибором. Расскажу, из чего складывался счёт, который ей выставили за две Нобелевские премии...