Самое откровенное в прозе Бунина остаётся за пределами прямого изображения, и договаривать это приходится читателю В «Тёмных аллеях» можно прочитать десятки страниц и не найти сцены, которую удалось бы назвать откровенной в привычном смысле. Дверь закрывается раньше, чем читатель успевает войти, ночь умещается в одну фразу, утро начинается сразу с последствий. Впечатление при этом возникает противоположное: будто увидено то, чего видеть не полагалось. Объяснение простое, но неудобное. Запретным ощущается не показанное, а достроенное...