Три заявления легли на стол почти одновременно — сначала Вострикова, потом Гущиной, потом Полины из бухгалтерии, которая числилась в финансовом блоке, но сидела за перегородкой и считала это достаточным основанием, чтобы отпуск согласовывали с Натальей Сергеевной. Востриков просил с четвёртого по двадцать третье июля. Гущина — с восьмого по двадцать второе. Полина — с восемнадцатого по тридцать первое. Все три заявления были написаны от руки, аккуратно, с датами и подписями, как будто аккуратность могла заменить свободные места в графике...