— Ты думала, я не узнаю? Думала, я буду молчать вечно? Голос Риммы дрожал, но не от слабости. От ярости, которую она копила семь лет. Свекровь побледнела. Чашка с чаем замерла на полпути ко рту. Впервые за всё время их знакомства Зоя Аркадьевна не нашла, что ответить...