Весной сорок пятого года, после Кёнигсберга, меня, сержанта Клима Кузовлева, двадцати трёх лет, поставили старшим конвоя в сборный лагерь военнопленных под городком Прейсиш-Эйлау. Я просился обратно в роту. Мне сказали: рота твоя на отдыхе, а тут людей не хватает, посторожишь месяц, ничего с тобой не сделается. Лагерь был простой. Бывшая немецкая казарма, кирпичная, длинная, два этажа. Вокруг колючая проволока в два ряда, вышки по углам. Внутри – тысяча двести пленных. Солдаты, ефрейторы, фельдфебели...