Пасека пахнет воском даже в конце октября. Холодным воском, мокрой травой и чуть-чуть дымом, хотя дымарь Тамара не разжигала с сентября. Запах въелся в доски ульев, в штакетник, в старую скамейку под рябиной. Виктор говорил, что он не выветривается никогда. Тридцать лет он держал пасеку, а пахло как в первый день. Тамара шла между ульями с ведром, и в ведре гремели жестяные заслонки. Двенадцать ульев стояли в два ряда, голубые и жёлтые, с облезлой краской. Виктор красил их каждую весну. Этой весной не успел...