Когда Иосиф Сталин узнал, что начальник Генерального штаба ограничился лишь выговором двум командующим фронтами за ложные донесения, он искренне удивился. Вождь считал такое наказание слишком мягким. Разве можно так реагировать на столь серьезную провинность? Ответ Бориса Шапошникова прозвучал спокойно и даже немного холодно. Он пояснил, что выговор начальника Генштаба — это не пустая формальность. В старой офицерской традиции подобное означало почти неизбежную отставку. Человек, получивший такое взыскание, должен был сам подать рапорт об уходе со службы...