— Анна, ты меня извини, но здесь не о чем говорить, — Галина Петровна поставила тарелку с борщом на клеенчатую скатерть так резко, что суп плеснул через край. — Мама, я и не спорю, — Борис опустил глаза в тарелку. — А должна бы спорить, раз она тебе жена, — Пётр Иванович кашлянул и вытер усы клетчатым платком. Кухня в квартире свекрови и свекра была маленькая, узкая, с окном во двор, где сушилось чужое белье на веревках между блочными пятиэтажками. За столом сидели впятером: Анна, Борис, его родители...