Окна кабинета на втором этаже выходили прямо на промзону. Ветер дул со стороны сопок, прижимая к земле тяжелый, желтоватый дым заводских плавилок. Воздух в поселке всегда горчил. Медно-никелевый штейн оседал на зубах противным металлическим привкусом, от которого не спасал даже крепкий чай. Андрей Морозов вынул кипятильник из граненого стакана. Спираль зашипела, брызнув каплями на исчерканный лист промокашки. В кабинете стоял холод. Двойные деревянные рамы рассохлись еще при Брежневе. Щели между...