Владимир Набоков называл Фрейда «венским шарлатаном», который трясется «в третьем классе науки через тоталитарное государство полового мифа». Наверно, эта оценка была для Фрейда не самой резкой из того, что ему довелось о себе услышать. Но почему для него сексуальность человека и вообще удовольствие или неудовольствие имело такое большое значение? Попробуем разобраться. Когда мы начинаем рассматривать психику человека, есть искушение представить его в виде этакой вычислительной машины, который воспринимает информацию, перерабатывает и реагирует на внешние раздражители...