В зале парижского Лувра, где за толстым пуленепробиваемым стеклом висит самый дорогой холст планеты, всегда стоит гул. Тысячи людей ежедневно поднимают смартфоны, силясь поймать тот самый уклончивый взгляд и загадочную полуулыбку. Но если вы подойдёте ближе и отбросите магию культа, лицо женщины покажется вам странным. Почти пугающим в своей идеальной гладкости. У неё нет бровей. Нет ресниц. Десятилетиями искусствоведы читали студентам лекции о «высоком идеале красоты эпохи Кватроченто». Нам авторитетно...