Костя запомнил тот день на всю жизнь. Не потому что было больно. Потому что было тихо. Мать сидела за столом, подперев щёку кулаком, и смотрела в окно. Отчим резал хлеб. Старший брат Валера ковырял вилкой котлету. Обычный ужин, обычный вечер. И вдруг отчим сказал: - Я тут подумал. Костику в армию через полгода. А комнату его можно Валере отдать. Под мастерскую. Костя поднял голову. Ему было семнадцать. Комната, про которую говорил Геннадий Палыч, досталась от бабушки. Единственное, что у Кости было по-настоящему своё...