Представьте человека: успешный, талантливый, окруженный ореолом мужества. Он ловил марлина в Гольфстриме, выживал в авиакатастрофе и пил абсент в парижских кафе. Эрнест Хемингуэй — икона силы и стоицизма. Но за этим фасадом скрывалась другая битва — тихая, изнурительная и, увы, проигранная. Его самоубийство летом 1961 года стало шоком для мира. Но если присмотреться, его «осень» — период угасания — длилась гораздо дольше. Это явление мы и назовем «Хемингуеевская осень». Это не диагноз, а метафора...