В инструментальном цехе Калужского завода точного приборостроения я отработал без малого тридцать лет. Начинал фрезеровщиком после армии, а последние пятнадцать лет руковожу участком оснастки и штампов. Моя профессия выковала стойкую привычку: мир обязан подчиняться точным размерам. Если на чертеже указан допуск в две сотые миллиметра, значит, там не может быть ни трех сотых, ни полутора. Металл не прощает небрежности, а жизнь – тем более. В пятьдесят один год мужчина прекрасно понимает цену порядку, слову и закону...