Фотография лежала в банке с пшеном, будто её спрятали не от чужих, а от родни. На снимке девушка в светлом платке держала коромысло легко, как ветку, и смотрела не в камеру, а чуть левее, словно там стоял человек, ради которого стоило улыбнуться. Ася высыпала крупу в миску, провела пальцем по выцветшему краю и перевернула карточку. На обороте было написано мелким, сухим почерком матери: Спроси Зину, чья это девочка. Кухня стояла в мартовском полумраке. На подоконнике белела банка с солью, в раме дрожал тонкий сквозняк, а из сеней тянуло мокрой доской и холодным железом...