Представьте лондонское утро 1810-х. В доме на Честерфилд-стрит, в Мейфэре, камердинер уже три часа подаёт джентльмену тазы с горячей водой, батистовые полотенца и флаконы с одеколоном. Хозяин только что закончил бритьё — процедуру, которую он повторяет ежедневно, что для эпохи, когда даже аристократы мылись раз в неделю, выглядит почти безумным перфекционизмом. Он облачается в безупречно белую льняную рубашку, накрахмаленную до состояния картона. Следом — жилет из белого пике, плотной хлопчатобумажной ткани с рельефным рубчиком, затем панталоны и тёмно-синий фрак...