Ферма встретила Соню запахом навоза, кислого силоса и чего-то тёплого, животного, от чего першило в горле. Октябрьская темнота ещё лежала на дворе, и звёзды не успели погаснуть, когда она вошла в коровник. Лампочка под потолком горела тускло, жёлтым пятном, и тени от стоек двигались, когда коровы ворочались в стойлах. Под ногами хлюпало. Доярка Нюра Пахомова уже сидела на перевёрнутом ведре у Белянки и цедила молоко в подойник. Руки у Нюры были большие, красные руки женщины, которая доила коров тридцать лет...