Степана прислали из райцентра в начале января. Высокий, сутулый, в очках, которые он поправлял так часто, что это уже не было жестом, стало частью его самого, вроде тени. Лицо длинное, с глубокими складками у рта, как бывает у людей, которые больше думают, чем говорят. Двадцать семь лет. Приехал один, ни жены, ни вещей толком. Чемодан из фанеры с облезлым углом и стопка книг, перевязанная бечёвкой. Поселили его в пристройке при правлении, в комнатушке с железной кроватью, столом и табуретом. На столе предыдущий жилец оставил пустую жестяную банку из-под леденцов и огарок свечи...