Медсестра каждую ночь пела колыбельную ребёнку, от которого отказались в роддоме
Дежурство выпало на пятницу. Зина переобулась у шкафчика, натянула сменку, застегнула халат и пошла по коридору неонатального отделения. Лампы гудели под потолком, за окнами стоял мартовский вечер – мокрый, тёмный, без единого просвета. В ординаторской пахло остывшим чаем. Валентина Павловна сидела за столом, щёлкала колпачком ручки и листала журнал назначений. Халат застёгнут на все пуговицы, из нагрудного кармана торчал край марлевой салфетки, сложенной вчетверо. Как всегда. – Зин, у нас новенький, – сказала она, не поднимая головы...