Одиночество в Париже - это тот самый стакан, который наполовину. Можно считать его пронзительным наслаждением и не верить происходящему счастью. А можно - глобальным космическим сиротством. Я - человек не ленивый, практикую оба варианта. Вот не обманул меня писатель Иван Алексеевич Бунин, когда-то погубивший мою жизнь - нигде вкус жизни и горечь одиночества, не чувствуются так остро, как в Париже. Когда в тринадцать лет я прочитала его "Темные аллеи", была потрясена не только количеством жарких соитий на страницу текста, но и не менее страстно описанными радостями одиночных путешествий...

Иван Алексеевич Бунин, первый русский нобелевский лауреат, человек, который умел описать осенний лист так, что читатель слышал его шорох и чувствовал запах прелой листвы, — сидит в парижской студии и обсуждает раскадровку. Абсурд? Почти. Но в двадцатых-тридцатых годах прошлого века это могло случиться. И чуть не случилось. История о том, как Бунин едва не стал режиссёром, — это не просто курьёзный эпизод из биографии великого писателя. Это рассказ о том, как художник сопротивляется времени, как искусство меняет форму, а мастер остаётся верен своему ремеслу даже когда мир вокруг летит кувырком...