Я все не мог дочитать. Не потому, что скучно, — напротив. Пелевин в этот раз устроил такую свистопляску из пересказов, реинкарнаций и конспирологических теорий, что голова шла кругом. Я брал книгу вечером, открывал где-то посередине, читал страницу, смеялся, потом еще одну, захлопывал. Пытался осмыслить. Открывал снова. Это неудобно — рецензировать книгу, которую ты не дочитал. Но именно так работает поздний Пелевин: ты не читаешь, ты как будто участвуешь в сеансе холотропного дыхания с открытыми глазами...