На одной фотографии Бродский на набережной Невы, закутанный в пальто и ветер. На другой тот же Бродский в Нью-Йорке, у Гудзона, с таким же выражением лица. Между этими снимками изгнание, Нобелевская премия и новая жизнь. А между этими городами тот самый невидимый мост, благодаря которому иностранцы называют его «человеком между мирами». Даже живя в США, Бродский продолжал писать по-русски. Он говорил: «Язык — это последнее, что у нас остаётся, когда уходит всё остальное». Для него родная речь была не ностальгией, а опорой...