В протоколе обыска, составленном весной сорок шестого года, среди прочего значились: сто пятьдесят рулонов шерстяной ткани, двадцать восемь рулонов сукна, сорок шесть рулонов шёлка и восемьдесят пять тысяч рублей наличными. Для голодного послевоенного Ленинграда, где рабочий получал семьсот граммов хлеба в день, а ребёнок триста, это было целое состояние. И всё это богатство лежало на квартирах у людей, которых соседи знали как скромных заводских тружеников. А ведь об этих самых тружениках ещё полгода назад никто и не подозревал...