Быть наследником великого Аркадия Райкина — это не просто судьба, это настоящий вызов. С самого детства Константин ощущал на себе тяжесть знаменитой фамилии. Он был не просто мальчиком Костей, а «сыном того самого» — человека, чье имя гремело на всю страну. В стенах театрального института его воспринимали не как рядового студента, а как проверку на прочность, как лакмусовую бумажку для чужих ожиданий. На сцене он не мог быть просто артистом; от него требовали продолжения легенды, а любой промах немедленно списывался на «отдохнувшую природу»...