Горький мёд 42 Начало Андрей Фёдорович проводил молодого человека взглядом. А в это время Елизавета Андреевна, раскладывая ноты, сияла такой надеждой, что, казалось, уже слышит не музыку, а собственное будущее. Александр стоял рядом, улыбался, отвечал, склонялся над нотами. Весь вечер Александр заставлял себя быть в разговоре. Не просто присутствовать — именно быть: смотреть, отвечать, улыбаться вовремя, не выдавать ни лицом, ни голосом того страшного смятения, которое после разговора в карете всё ещё ходило в нём кругами...