Марина даже не успела отнять от лба холодный компресс. Галина Петровна выросла в дверях спальни как из-под земли. Ключи от квартиры сына она по-прежнему считала своей законной собственностью, поэтому стучать не видела смысла. — Галина Петровна, у меня температура тридцать восемь и пять, — тихо произнесла Марина, пытаясь сесть на кровати. — Какой тут клининг? Голова раскалывается. — Ну, тридцать восемь — это не смертельно, — свекровь демонстративно провела пальцем по комоду и поморщилась от воображаемой пыли...