О ренессансной универсальности личности и дарований Леонарда Эйлера и о неоценимом вкладе, внесенном им в развитие науки в России, я тут уже писала. Теперь - о сфере, которая для меня, можно сказать, родная: о теории музыки. В этой области Эйлер тоже сумел сказать свое слово. Музыкой он не просто интересовался, а любил ее и охотно музицировал на клавесине или клавикорде. Видимо, начальные уроки он получил еще дома, в Швейцарии. Его отец был пастором и готовил сыну ту же стезю. А духовенство тогда должно было разбираться в музыке, уметь петь, играть на каком-то инструменте, знать нотную грамоту...

Леонард Эйлер невероятен! «Идеальный математик» - так его и по сей день называют многие. Им написано около двух тысяч статей по различным наукам. Его вклад в классическую и прикладную математику, в физику, картографию, оптику и другие разделы науки поистине бесценен. Он жил в недолгое время Просвещения, удачно вклинившись между эпохами жестокости и нетерпимости: всего за шесть лет до появления Эйлера на свет в Пруссии провели последнюю казнь заподозренной в колдовстве женщины. А через шесть лет после смерти «идеального математика» в Париже началась кровавая Великая французская революция...