— Впустите. Марина Ильинична сказала это первой. Голос вышел ровный. Лариса Викторовна на кресле слева кивнула, не глядя на дверь. Анна Сергеевна повернула ручку. Женщина у двери стояла ссутулившись. Тёмное платье до колен, тонкий беж-серый пиджак поверх, простая пряжка на волосах, забранных в хвост. В левой руке она держала белый пластиковый скоросшиватель, в правой жёлтый банковский конверт с наклеенным штрихкодом. Ей было около сорока. — Меня зовут Ольга Дмитриевна. Голос сипловатый, будто она долго молчала перед этим у стенки в приёмной...

Январь 1989 года. В тесный кабинет парткома одного из московских НИИ входит человек средних лет и выкладывает на стол пачки купюр. Девяносто тысяч рублей. Партийные взносы за месяц. Бухгалтер парторганизации, привыкшая принимать по три-пять рублей от каждого сотрудника, несколько секунд молча смотрит на деньги, потом начинает кричать. Никаких инструкций для таких сумм не существует. Никто в истории КПСС не приносил ничего подобного. Чтобы понять масштаб, достаточно одной цифры: автомобиль «Волга», мечта любого советского человека, стоил 15-16 тысяч...