Она выходила на сцену так, будто мир вокруг принадлежал ей одной. И дело было не в природной красоте — хотя отрицать её глупо, — а в той самой породе, которую не нанесешь гримом. Ирина Мирошниченко умела носить платья, как доспехи, а улыбаться так, чтобы никто не догадался: внутри — сплошной бетон и усталость. За кулисами её звали «леди», но те, кто знал актрису ближе, понимали: это не комплимент, а диагноз. Выдержка, за которой пряталась воля, способная переехать любого, кто встанет на пути. Слава, роли, мужчины — всё это было...