Чужие кроссовки стояли в прихожей носками к стене — большие, сорок пятого размера, с налипшей по краю подошвы грязью, и эта грязь уже подсыхала, осыпаясь крошками на чисто вымытый утром пол. Ксения замерла над ними с ключами в руке. Свои-то она знала наперечёт — каждую пару в этом доме знала. А эти видела впервые. Из глубины квартиры доносился звук телевизора. Громкий, с гоготом какого-то ток-шоу, перемежающимся рекламой. Так у неё дома никогда не работал телевизор — она вообще его редко включала, любила тишину после конторского гвалта...