Увидев это, Друзья теперь несут мне свои Старые Джинсы, чтобы я им это Сшила!
— Нахлебница, — кричала свекровь. На следующий день я решила продать квартиру, где она хозяйничала.
Тишина длилась ровно семь минут. Ровно столько, сколько показывали цифры на электронных часах, когда Анна открыла глаза. Она лежала, не шевелясь, прислушиваясь к этому хрупкому, невозможному спокойствию...