- Даш, ты чего застыла? Иди к нам, не стой в дверях! Виталик сказал это таким тоном, будто я была здесь гостья. Меж тем я вышла из собственной ванной в собственном халате с полотенцем на мокрых волосах. Вышла и обомлела. В коридоре топтался мужичок лет шестидесяти, седоватый, в трениках с вытянутыми коленками, в клетчатой рубашке, застегнутой не на те пуговицы. От него неприятно пахло квашеной капустой и затхлостью. Я его никогда раньше не видела. Такой потрепанный жизнью, но с живыми глазами. Нагловатый и беспардонный, как выяснилось потом...