Каждое воскресенье в два часа дня Раиса Фёдоровна накрывала стол на шесть персон, и каждое воскресенье, разливая борщ, она смотрела на моего сына и вздыхала. Тихо, будто про себя, но так, чтобы слышали все. «Не наша порода, уж больно смуглый», говорила она, и ложка в её руке даже не дрожала. Мне было двадцать шесть, когда я впервые это услышала. Тимуру тогда исполнилось восемь месяцев, он сидел в высоком стульчике и размазывал по подбородку тыквенное пюре. Я решила, что мне послышалось. Потом решила, что свекровь пошутила неудачно...