— Настя, вставай! Настя, просыпайся! Срочно проверь плиту, слышишь меня?! Живо на кухню! Я очнулась в холодном поту, хватая ртом воздух. Голос деда Степана прозвучал прямо над ухом — такой чёткий, громкий, с характерным раскатистым «р», будто он стоял у постели. В комнате царила полутьма. На электронных часах на тумбочке краснели цифры — 03:42. За окном шелестел осенний дождь. Я сидела на кровати, прижав руку к бешено колотящемуся сердцу, и пыталась прийти в себя. Дед Степан умер пять лет назад....