— Моя дочь будет спать в твоей кровати, а ты на раскладушке! — безапелляционно и на всю квартиру заявила Маргарита Павловна, уперев руки в свои необъятные бока. Ее лицо раскраснелось от праведного гнева, а взгляд метал молнии. Она стояла посреди нашей с мужем спальни, словно полководец, захвативший вражескую территорию и теперь диктующий условия капитуляции. — Вот как? — спокойно переспросила я, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди. Я с трудом сдерживала желание рассмеяться ей прямо в лицо...