«Дача – это совсем не по-английски. Никто меня не понимает на вашей дурацкой даче», – думал Лёша, разлёгшись на крыльце. Думал он всё это на языке своих хозяев – хорошем, крепком русском. Птицы пели на птичьем; июньское солнце молча грело бархатистую спину щенка, белую в шоколадных пятнах. Хозяева любили пересчитывать складочки на этой спине. И всегда сбивались со счёта. Лёша был на даче впервые. Сначала ему понравилось. Кому не нравится гулять и валяться на солнышке? Но вот общество… Впрочем, начинать следует не отсюда...

Представьте: июльское пекло, пыльная дорога в Чердаклах, воздух дрожит от зноя. И вдруг — маленькое, обессиленное тело, которое уже не идёт, а ползёт к чужой калитке. Лапы подкашиваются, язык высох, но глаза… глаза всё ещё горят. Они говорят: «Я доползла. Заметьте меня. Я ещё хочу жить». 😔🔥 Жулька появилась именно так. Она не лаяла, не звала — она молча ползла к дому бабушки Лидии Робертовны. Вы знаете это чувство, когда на улице жарко, а ты без сил? Когда каждый вдох — как глоток огня? Вот что чувствовала Жулька...