За окном ноябрь, дождь стучит в стекло, и в чашке остывает травяной отвар. На том конце провода — молчание, потом тихое: «Раиса, он приходил ко мне во сне. Мой бывший. Тот, которого уже два года как нет в живых. Я проснулась в холодном поту, и до сих пор не могу отдышаться». Я слушаю и не тороплюсь отвечать. Потому что в такие моменты женщине нужно не объяснение, а чтобы кто-то разделил с ней эту ночную тишину. Но когда пауза затягивается, я говорю то, что говорила десяткам других: сон об умершем бывшем — это почти никогда не про него...