Дед пропал во вторник. Ушел за хлебом в магазин через сквер и словно растворился. Три дня мы с мамой и волонтерами прочесывали район, клеили листовки, обзванивали знакомых. Тишина. Мы уже мысленно готовились к худшему. А в пятницу вечером в дверь позвонили. Мама посмотрела в глазок и закричала — то ли от радости, то ли от испуга. На пороге стоял дед. Без куртки, в одной рубашке, грязный, дрожащий. — Заблудился я, — прохрипел он, переступая порог. — Память отшибло. В овраге сидел, в яме какой-то....