Швейная машинка стрекотала в углу кухни, и Наталья вела строчку по шёлку цвета топлёного молока, почти не глядя. Двенадцать лет практики. Пальцы знали дорогу сами. За стеной хлопнула входная дверь. Голос мужа долетел до кухни раньше, чем его шаги. – Да, конечно. Зачем в ателье, зачем переплачивать. У меня жена шьёт, подрабатывает. Ну подштопать, платьишко какое-нибудь перешить. Привози ткань, она сделает. Недорого. Наталья остановила машинку. Нитка натянулась и замерла. На столе среди учебников сидела Лера: десять лет, косички, карандаш зажат в зубах...