Руки у неё не дрожали – я это запомнила. Старушке не хватило денег на хлеб и молоко, а пальцы, которыми она держала раскрытый кошелёк, были совершенно спокойны. Ни суеты. Ни растерянности. Как будто она точно знала, что сейчас произойдёт. Но я тогда ещё ничего не поняла. Кассовый аппарат пискнул, и я закрыла предыдущий чек. Пятница, конец сентября, последний час смены. Пальцы покраснели и припухли – целый день перекладывала молочку из холодильника на полки и обратно, покупатели ставили йогурты куда попало, а заведующая каждый раз показывала глазами на меня, будто я лично виновата...