Давайте снимем второй слой. Мы оставляем в покое их судьбы, эпохи и письма. Мы берём в руки их стихи и слушаем, как они звучат. Не о чём они говорят, а как они говорят. Потому что именно здесь, на уровне слога, паузы и глагола, они создали то, что мы называем «русским поэтическим языком XX века». И это не филология. Это детектив. Где главная улика — ритм. У них не было общего метода. Они не договаривались о правилах игры. Каждый писал так, как мог дышать. Но именно эта невозможность договориться создала новый язык, на котором мы говорим до сих пор...