— Ну вот и всё, Нина, — Виктор Семёнович плюхнулся на стул и придвинул к себе графин с водой. — Теперь я весь в твоём распоряжении. Тридцать четыре года горбатился, чтобы у семьи всё было. Теперь заслужил отдых, как считаешь? Ты ведь теперь тоже будешь больше времени проводить дома? А то всё время куда-то мотаешься… Нина Петровна стояла у плиты спиной к нему и помешивала суп. Она не обернулась. Только плечи её словно сжались — как перед прыжком в холодную воду. — Витя, нам нужно поговорить. — Потом, потом, — отмахнулся он...