— Маша вцепилась в мой рукав так сильно, что я почувствовала её дрожь даже через пальто. Валентина Егоровна стояла на крыльце, красная, распухшая от крика, и трясла моей сумкой, будто это был мусорный пакет, который давно пора вынести. Во дворе пахло мокрой землёй и дымом от соседской бани. Уже темнело. На ступеньках лежал детский мячик, который Маша днём гоняла по дорожке, и почему-то именно этот мячик врезался мне в память сильнее, чем всё остальное. — Забирай свою девчонку и катись, - захлёбывалась Валентина Егоровна...