Людмила не была на этой реке сорок лет. Она сама удивилась, когда впервые произнесла это вслух. Сорок лет. За это время успело измениться всё, что только могло измениться. Люди разъехались, старые дома в посёлке обветшали, вместо некоторых появились новые. Заросли прежние дороги. Исчезли тропы, которыми в детстве ходили к реке. Но сама река осталась. Она всё так же текла за последними домами, огибала лесной остров и уходила на север, где за несколько десятков километров уже начиналась настоящая глушь...