Элеонора Викторовна не стала переводить деньги. Она сделала то, что делала всегда перед заключением крупной сделки — выехала на аудит. Она не позвонила в домофон. У неё были свои ключи, которые она благоразумно оставила у себя после отъезда сына. Лифт поднял её на восьмой этаж бесшумно, как и её дорогие итальянские лоферы на толстой подошве. В квартире было тихо, только из глубины доносился ритмичный стук иглы и чей-то голос, бубнящий на камеру. Элеонора открыла дверь бесшумно. Первое, что бросилось в глаза — запах...