Метла у меня была своя, не казённая. Ясеневая ручка, отполированная ладонями за столько лет, что дерево стало гладким, как речной камень. Каждое утро, в шесть часов, я выходила из подъезда номер три – того самого, куда мы со Степаном въехали в восемьдесят шестом году, молодые, счастливые, с одним чемоданом на двоих и мечтами, которые казались тогда огромными, как этот пятиэтажный дом. И подметала. Сначала перед своим подъездом, потом дальше – весь тротуар вдоль дома, метров сто пятьдесят, до самого угла с продуктовым магазином...