Марина стояла у окна своей съёмной однушки на окраине города и смотрела на серый ноябрьский дождь. Прошло всего три месяца с той операции, после которой её жизнь разделилась на «до» и «после». Она провела ладонью по животу — шрам уже почти не болел, но душевная рана кровоточила каждый день. Ей стукнуло сорок два года. Двадцать лет замужества, восемнадцатилетний сын Артём, трёхкомнатная квартира в центре, которую они с Виктором купили ещё до кризиса. Обычная семья. Или она так думала. Диагноз прозвучал как приговор — миома матки, огромная, угрожающая жизни...