Снотворное у меня кончилось в самую глухую ночь — когда от лекарств во рту пересыхает так, что язык к нёбу липнет. Потянулся к тумбочке за баночкой, а она лёгкая, пустая. Потряс — ни одной таблетки. Сам, дурак, забыл купить. Думал — завтра. Встал, накинул халат, побрёл на кухню. Может, валерьянка где завалялась, хоть что-нибудь. И тут я её увидел. Тонкую полоску света под дверью моего кабинета. Понимаете, какая штука. Человеку шестьдесят, он сорок лет читал студентам фармакологию, заслуженный, на...