Иногда история говорит не голосами генералов и не языком приказов. Она говорит голосом ефрейтора, который хохочет над голодным пленным, и голосом его жены, которая деловито просит прислать чужое пальто. Именно из таких писем — пожелтевших, написанных второпях, без расчёта на то, что их когда-нибудь прочитают чужие — складывается самый точный портрет эпохи. Не официальный, не глянцевый. Настоящий. Сегодня мы разберём несколько таких писем. Их цитирует британский историк и бывший офицер НАТО Роберт Кершоу — человек, которого сложно заподозрить в симпатиях к советской стороне...